Театр. Часть50
осуществления. Она засмеялась, ласково и участливо, представив, как он
будет поражен, когда поймет ее намерение; в первый миг он просто не
поверит себе, но потом - какое блаженство, какой экстаз! Любовь, которую
он сдерживал столько лет, прорвет все преграды и затопит ее мощным
потоком. Сердце Джулии переполнилось при мысли о его бесконечной
благодарности. И все же ему будет трудно поверить, что фортуна наконец
улыбнулась ему; когда все останется позади и она будет лежать в его
объятиях, она прижмется к нему и нежно шепнет: "Стоило ждать столько лет?"
- "Ты, как Елена, дала мне бессмертье поцелуем" [перефразированная строка
из "Трагической истории доктора Фауста" К.Марло: "Елена, дай бессмертье
поцелуем"]. Разве неудивительно даровать своему ближнему столько счастья?
"Я напишу ему перед самым отъездом из Сен-Мало", - решила Джулия.
Весна перешла в лето, и к концу июля наступило время ехать в Париж,
надо было позаботиться о своих туалетах. Майкл хотел открыть сезон в
первых числах сентября, и репетиции новой пьесы должны были начаться в
августе. Джулия взяла пьесу с собой в Сен-Мало, намереваясь на досуге
выучить роль, но та обстановка, в которой она жила, сделала это
невозможным. Времени у нее было предостаточно, но в этом сером, суровом,
хотя и уютном городке, в постоянном общении с двумя старыми дамами,
интересы которых ограничивались приходскими и домашними делами, пьеса, как
ни была хороша, не могла увлечь Джулию.
"Мне давно пора возвращаться, - сказала она себе. - Что будет, если я в
результате решу, что театр не стоит всего того шума, который вокруг него
поднимают?"
Джулия распрощалась с матерью и тетушкой Кэрри. Они были очень к ней
добры, но она подозревала, что они не будут слишком сожалеть об ее
отъезде, который позволит им вернуться к привычной жизни. К тому же они
успокоятся, что им больше не будет грозить эксцентричная выходка, которую
всегда можно ожидать от актрисы, не надо будет больше опасаться
неблагосклонных комментариев дам Сен-Мало.
Джулия приехала в Париж днем и, когда ее провели в апартаменты в отеле
"Ритц", удовлетворенно вздохнула. Какое удовольствие опять окунуться в
роскошь! Несколько "друзей прислали ей цветы. Джулия приняла ванну и
переоделась. Чарли Деверил, всегда шивший для нее и уже давно ставший ее
другом, зашел, чтобы повести ее обедать в "Буа".
- Я чудесно провела время, - сказала ему Джулия, - и, конечно, мой
приезд доставил большую радость старым дамам, но у меня появилось
ощущение, что еще один день - и я умру со скуки.
Поездка по Елисейским полям в этот прелестный вечер наполнила ее
восторгом. Как приятно было вдыхать запах бензина! Автомобили, такси,
звуки клаксонов, каштаны, уличные огни, толпа, снующая по тротуарам и
сидящая за столиками у кафе, - что может быть чудесней? А когда они вошли
в "Шато де Мадрид", где было так весело, так цивилизованно и так дорого,
как приятно было снова увидеть элегантных, умело подкрашенных женщин и
загорелых мужчин в смокингах.
- Я чувствую себя, как королева, вернувшаяся из изгнания.
Джулия провела в Париже несколько счастливых дней, выбирая себе туалеты
и делая первые примерки. Она наслаждалась каждой минутой. Однако она была
женщина с характером и когда принимала решение, выполняла его. Прежде чем
уехать в Лондон, она послала Чарлзу коротенькое письмецо. Он был в Гудвуде
и Каузе и должен был задержаться на сутки в Лондоне по пути в Зальцбург.
"Чарлз, милый.
Как замечательно, что я скоро вас снова увижу. В среду я буду свободна.
Пообедаем вместе. Вы все еще любите меня?
Ваша Джулия".
Опуская конверт в ящик, она пробормотала: "Bis dat qui cito dat" ["Кто
скоро даст, тот дважды даст" (лат.) - изречение Сенеки]. Это была избитая
латинская цитата, которую всегда произносил Майкл, когда в ответ на
просьбу о пожертвовании на благотворительные цели посылал с обратной же
почтой ровно половину той суммы, которую от него ждали.
