Театр. Часть6-1
Б.Шоу]. Это оказался правильный выбор, как того и следовало ожидать, ибо в
этой роли красота Майкла была большим преимуществом, а отсутствие
темперамента не являлось недостатком.
...Джулия протянула руку и взяла первую из картонных коробок, в которых
лежали фотографии Майкла. С удобством расположившись на полу, она быстро
просматривала его ранние фотографии в поисках той, которая была сделана,
когда он впервые приехал в Миддлпул. Когда она наконец нашла снимок,
сердце ее вдруг сжалось от острой боли. Несколько секунд Джулия боролась
со слезами. Такой он тогда и был. Кандиду играла немолодая актриса, обычно
выступавшая в характерных ролях или в ролях матерей и старых тетушек, и
Джулия, которая была занята только по вечерам, посещала все репетиции. Она
влюбилась в Майкла с первого взгляда. Джулия никогда в жизни не видела
такого красавца и стала упорно добиваться его. Выждав время, Джимми
поставил "Привидения" [драма Г.Ибсена], с риском навлечь на себя гнев
респектабельного Миддлпула. Майкл играл в нем юношу, Джулия - Регину. Они
читали друг другу свои роли, а после репетиции вместе перекусывали - очень
скромно, - чтобы их обсудить. Вскоре они стали неразлучны. Джулия не могла
совладать с собой и безудержно льстила Майклу. Он не был тщеславен: зная,
что красив, он выслушивал комплименты по этому поводу не то чтобы
безразлично, но так, словно речь шла о прекрасном старом доме, который
переходил в их семье из поколения в поколение. Было известно, что это один
из лучших образчиков архитектуры своей эпохи, им гордились, о нем
заботились, но в том, что он существовал, не было ничего особенного,
владеть им казалось так же естественно, как дышать. Майкл был неглуп и
честолюбив; он знал, что красота - пока его главный козырь, но знал также,
что она недолговечна, и твердо решил стать хорошим актером, чтобы в
дальнейшем опираться на кое-что еще, кроме внешних данных. Он намеревался
научиться у Джимми Лэнгтона всему, чему можно, а затем уехать в Лондон.
- Если я хорошо использую обстоятельства, может быть, я найду
какую-нибудь старуху, которая субсидирует меня и поможет открыть
собственный театр. Это единственный способ сколотить состояние.
Джулия скоро обнаружила, что Майкл не очень-то любит тратиться, и когда
они завтракали или отправлялись по воскресеньям на небольшую прогулку, не
забывала вносить свою долю в их расходы. Джулия ничего не имела против
этого. Ей нравилось, что он считает пенни, и, будучи сама склонна сорить
деньгами, вечно запаздывая на неделю, а то и на две с квартирной платой,
она восхищалась тем, что он терпеть не может влезать в долги и даже при
своем скудном жаловании умудряется регулярно кое-что откладывать. Майкл
хотел скопить достаточную сумму к тому времени, как переберется в Лондон,
чтобы иметь возможность не хвататься за первую предложенную роль, а
подождать, пока подвернется что-нибудь стоящее. Родители его жили на
небольшую пенсию и должны были лишить себя самого необходимого, чтобы
послать его в Кембридж. Однако отец, которому не очень-то нравилось
намерение Майкла идти на сцену, был тверд.
- Если ты решил стать актером, я, по-видимому, не смогу тебе помешать,
- сказал он, - но, черт подери, я настаиваю, чтобы ты получил образование,
приличествующее джентльмену.
Джулия с удовлетворением узнала, что отец Майкла был полковник в
отставке, на нее произвел большое впечатление рассказ об их предке,
проигравшем при регентстве в карты все свое состояние, ей нравилось кольцо
с печаткой, которое носил Майкл, где была выгравирована кабанья голова и
девиз: "nemo me impune lacessit".
- Мне кажется, ты больше гордишься своей семьей, чем тем, что похож на
греческого бога, - нежно говорила она ему.
- Кто угодно может быть красив, - отвечал он со своей привлекательной
улыбкой, - но не всякий может похвалиться добропорядочной семьей. Сказать
по правде, я рад, что мой отец - джентльмен.
Джулия собралась с духом и сказала:
- А мой - ветеринар.
На секунду лицо Майкла окаменело, но он тут же справился с собой и
рассмеялся.
- Конечно, это не имеет особого значения, кто у тебя отец. Я часто
