Театр. Часть16-1
- Говорите что хотите, мистер Госселин, а только пока у меня есть
здоровье да силы, никто другой не будет прислуживать мисс Лэмберт.
- Мы все стареем. Эви, мы все уже немолоды.
Эви, шмыгнув носом, утерла его пальцем.
- Пока мисс Лэмберт достаточно молода, чтобы играть женщин двадцати
пяти лет, я тоже достаточно молода, чтобы одевать ее в театре и
прислуживать ей дома, - Эви кинула на него проницательный взгляд. - И
зачем это вам надо платить два жалованья - такую кучу денег! - когда вы
имеете всю работу заодно?
Майкл добродушно рассмеялся:
- В этом что-то есть, Эви, милочка.
...Эви выпроводила Джулию из комнаты и погнала ее наверх. Когда не было
дневного спектакля, Джулия обычно ложилась поспать часа на два перед
вечерним, а затем делала легкий массаж. Она разделась и скользнула в
постель.
- Черт подери, грелка совершенно остыла.
Джулия взглянула на стоявшие на камине часы. Ничего удивительного,
грелка прождала ее чуть не час. Вот уж не думала, что так долго пробыла в
комнате Майкла, разглядывая фотографии и перебирая в памяти прошлое.
"Сорок шесть. Сорок шесть. Сорок шесть. Я уйду со сцены в шестьдесят. В
пятьдесят восемь - турне по Южной Африке и Австралии. Майкл говорит, там
можно изрядно набить карман. Сыграю все свои старые роли. Конечно, даже в
шестьдесят я смогу играть сорокапятилетних. Но откуда их взять? Проклятые
драматурги!"
Стараясь припомнить пьесу, в которой была бы хорошая роль для женщины
сорока пяти лет, Джулия уснула. Спала она крепко и проснулась только,
когда пришла массажистка. Эви принесла вечернюю газету, и, пока Джулии
массировали длинные стройные ноги и плоский живот, она, надев очки, читала
те самые театральные новости, что и утром, ту же светскую хронику и
страничку для женщин. Вскоре в комнату вошел Майкл и присел к ней на
кровать.
- Ну, как его зовут? - спросила Джулия.
- Кого?
- Мальчика, которого мы пригласили к ленчу.
- Понятия не имею. Я отвез его в театр и думать о нем забыл.
Мисс Филиппе, массажистке, нравился Майкл. С ним тебя не ждут никакие
неожиданности. Он всегда говорит одно и то же, и знаешь, что отвечать. И
нисколько не задается. А красив!.. Даже трудно поверить!
- Ну, мисс Филиппе, сгоняем жирок?
- Ах, мистер Госселин, да на мисс Лэмберт нет и унции жира. Просто
чудо, как она сохраняет фигуру.
- Жаль, что вы не можете массировать меня, мисс Филиппе. Может быть,
согнали бы и с меня лишек.
- Что вы такое говорите, мистер Госселин! Да у вас фигура
двадцатилетнего юноши. Не представляю, как вы этого добиваетесь, честное
слово, не представляю.
- "Скромный образ жизни, высокий образ мыслей" [Цицерон, "Из писем к
близким"].
Джулия не обращала внимания на их болтовню, но ответ мисс Филиппе
достиг ее слуха:
- Конечно, нет ничего лучше массажа, я всегда это говорю, но нужно
следить и за диетой, с этим не приходится спорить.
"Диета, - подумала Джулия. - Когда мне стукнет шестьдесят, я дам себе
волю. Буду есть столько хлеба с маслом, сколько захочу, буду есть горячие
булочки на завтрак, картофель на ленч и картофель на обед. И пиво.
Господи, как я люблю пиво! Гороховый суп, суп с томатом, пудинг с патокой
и вишневый пирог. Сливки, сливки, сливки. И, да поможет мне бог, никогда в
жизни больше не прикоснусь к шпинату".
Когда массаж был окончен, Эви принесла Джулии чашку чаю, ломтик
ветчины, с которого было срезано сало, и кусочек поджаренного хлеба.
Джулия встала с постели, оделась и поехала с Майклом в театр. Она любила
приезжать туда за час до начала спектакля. Майкл пошел обедать в клуб. Эви
