Театр. Часть18
У нее были темперамент, характер и кипучая энергия, с которыми ему еще не
приходилось сталкиваться. Несколько раз лорд Чарлз ходил в театр смотреть
Джулию и сравнивал ее исполнение с игрой великих актрис мира, которых он
видел в свое время. Ему казалось, что у нее очень яркая индивидуальность.
Ее обаяние было бесспорно. Его сердце затрепетало от восторга, когда он
внезапно понял, как она талантлива.
"Вторая Сиддонс, возможно, больше, чем Эллен Терри" [Терри, Эллен
Алисия (1848-1928) - английская актриса].
В те дни Джулия не считала нужным ложиться днем в постель, она была
сильна, как лошадь, и никогда не уставала, и они часто гуляли вместе с
лордом Чарлзом в парке. Она чувствовала, что ему хочется видеть в ней дитя
природы. Джулии это вполне подходило. Ей не надо было прилагать усилий,
чтобы казаться искренней, открытой и девически восторженной. Чарлз водил
ее в Национальную галерею, в музей Тейта [музей классической и современной
живописи в Лондоне] и Британский музей, и она испытывала от этого почти
такое удовольствие, какое выказывала. Лорд Тэмерли любил делиться
сведениями, Джулия была рада их получать. У нее была цепкая память, и она
очень много от него узнала. Если впоследствии она могла рассуждать о
Прусте [Пруст, Марсель (1871-1922) - французский писатель] и Сезанне
[Сезанн, Поль (1839-1906) - французский живописец] в самом избранном
обществе так, что все поражались ее высокой культуре, обязана этим она
была лорду Чарлзу. Джулия поняла, что он влюбился в нее, еще до того как
он сам это осознал. Ей казалось это довольно забавным. С ее точки зрения,
лорд Чарлз был пожилой мужчина, и она думала о нем, как о добром старом
дядюшке. В то время Джулия еще была без ума от Майкла. Когда Чарлз
догадался, что любит ее, его манера обращения с ней немного изменилась, он
стал стеснительным и часто, оставаясь с ней наедине, молчал.
"Бедный ягненочек, - сказала она себе, - он такой большой джентльмен,
что просто не знает, как ему себя вести".
Сама-то она уже давно решила, какой ей держаться линии поведения, когда
он откроется ей в любви, что рано или поздно обязательно должно было
произойти. Одно она даст ему понять без обиняков: пусть не воображает, раз
он лорд, а она - актриса, что ему стоит только поманить и она прыгнет к
нему в постель. Если он попробует с ней такие штучки, она разыграет
оскорбленную добродетель и, вытянув вперед руку - роскошный жест, которому
ее научила Жанна Тэбу, - укажет ему пальцем на дверь. С другой стороны,
если он будет скован, не сможет выдавить из себя путного слова от смущения
и расстройства чувств, она и сама будет робка и трепетна, слезы в голосе и
все в этом духе; она скажет, что ей и в голову не приходило, какие он
испытывает к ней чувства, и - нет, нет, это невозможно, это разобьет
Майклу сердце. Они хорошо выплачутся вместе, и потом все будет как надо.
Чарлз прекрасно воспитан и не станет ей надоедать, если она раз и навсегда
вобьет ему в голову, что дело не выгорит.
Но когда объяснение наконец произошло, все было совсем не так, как
ожидала Джулия. Они с Чарлзом гуляли в Сент-Джеймс-парке, любовались
пеликанами и обсуждали - по ассоциации, - будет ли она в воскресенье
вечером играть Милламант [героиня комедии "Пути светской жизни" У.Конгрива
(1670-1729), английского комедиографа]. Затем они вернулись домой к Джулии
выпить по чашечке чаю. Съели пополам сдобную лепешку. Вскоре лорд Чарлз
поднялся, чтобы уйти. Он вынул из кармана миниатюру и протянул Джулии.
- Портрет Клэрон. Это актриса восемнадцатого века, у нее было много
ваших достоинств.
Джулия взглянула на хорошенькое умное личико, окаймленное пудреными
буклями, и подумала, настоящие ли бриллианты на рамке или стразы.
- О, Чарлз, это слишком дорогая вещь. Как мило с вашей стороны!
- Я так и думал, что она вам понравится. Это - нечто вроде прощального
подарка.
- Вы уезжаете?
Джулия была удивлена, он ничего ей об этом не говорил. Лорд Чарлз
взглянул на нее с легкой улыбкой.
- Нет. Но я намерен больше не встречаться с вами.
- Почему?
