Театр. Часть21-1
им подали кофе, он попросил разрешения угостить ее ликером.
- Очень любезно с вашей стороны. Может быть, я тогда лучше буду спать.
Он предложил ей сигарету. Портсигар у него был серебряный, что
несколько обескуражило Джулию, но, когда он его закрыл, она увидела на
уголке крышки золотую коронку. Верно, какой-нибудь граф или почище того.
Серебряный портсигар с золотой короной - в этом есть свой шик. Жаль, что
ему приходится носить современное платье. Если бы его одеть как Франциска
I, он выглядел бы весьма аристократично. Джулия решила быть с ним как
можно любезней.
- Я, пожалуй, лучше признаюсь вам, - сказал он немного погодя, - я
знаю, кто вы. И разрешите добавить, что я очень восхищаюсь вами.
Джулия одарила его долгим взглядом своих чудесных глаз.
- Вы видели мою игру?
- Да. Я был в Лондоне в прошлом месяце.
- Занятная пьеска, не правда ли?
- Только благодаря вам.
Когда к ним подошел официант со счетом, ей пришлось настоять на том,
чтобы расплатиться за свой обед. Испанец проводил ее до купе и сказал, что
пойдет по вагонам, может быть, ему удастся найти для нее спальное место.
Через четверть часа он вернулся с проводником и сказал, что нашел купе,
пусть она даст проводнику свои вещи, и он проводит ее туда. Джулия была в
восторге. Испанец кинул шляпу на сиденье, с которого она встала, и она
пошла следом за ним по проходу. Когда они добрались до купе, испанец велел
проводнику отнести чемодан и сумку, лежавшие в сетке, в тот вагон, где
была мадам.
- Неужели вы отдали мне собственное место? - вскричала Джулия.
- Единственное, которое я мог найти во всем составе.
- Нет, я и слышать об этом не хочу.
- Alles [идите (франц.)], - сказал испанец проводнику.
- Нет, нет...
Незнакомец кивнул проводнику, и тот забрал вещи.
- Это не имеет значения. Я могу спать где угодно, но я бы и глаз не
сомкнул от мысли, что такая великая актриса будет вынуждена провести ночь
с тремя чужими людьми.
Джулия продолжала протестовать, но не слишком рьяно. Это так мило, так
любезно с его стороны! Она не знает, как его и благодарить. Испанец не
позволил ей даже отдать разницу за билет. Он умолял ее, чуть не со слезами
на глазах, оказать ему честь, приняв от него этот пустяковый подарок. У
нее был с собой только дорожный несессер с кремами для лица, ночной
сорочкой и принадлежностями для вечернего туалета, и испанец положил его
на столик. Его единственная просьба - разрешить у нее посидеть, пока ей не
захочется лечь, и выкурить одну-две сигареты. Джулии трудно было ему
отказать. Постель уже была приготовлена, и они сели поверх одеяла. Через
несколько минут появился проводник с бутылкой шампанского и двумя
бокалами. Недурное приключеньице! Джулия искренне наслаждалась.
Удивительно любезно с его стороны. Да, эти иностранцы знают, как надо
вести себя с большой актрисой! С Сарой Бернар такие вещи, верно, случались
каждый день. А Сиддонс! Когда она входила в гостиную, все вставали, словно
вошла сама королева.
Испанец отпустил ей комплимент по поводу того, как прекрасно она
говорит по-французски. Родилась на острове Джерси, а образование получила
во Франции? Тогда понятно. Но почему она решила играть на английской
сцене, а не на французской? Она завоевала бы не меньшую славу, чем Дузе.
Она и в самом деле напоминает ему Дузе: те же великолепные глаза и белая
кожа, та же эмоциональность и потрясающая естественность в игре.
Когда они наполовину опорожнили бутылку с шампанским, Джулия сказала,
что уже очень поздно.
- Право, я думаю, мне пора ложиться.
- Ухожу.
Он встал и поцеловал ей руку. Когда он вышел, Джулия заперла дверь в
купе и разделась. Погасив все лампы, кроме той, что была у нее над
головой, она принялась читать. Через несколько минут раздался стук в
